Суд в Бурятии не вернул в нацпарк инспектора с 35-летним стажем из-за ее магазина
Тункинский райсуд Республики Бурятия отказал инспектору национального парка в восстановлении на работе. Женщину уволили за сокрытие конфликта интересов: с 2020 года она вела бизнес, о котором не сообщила своему руководству.
Согласно материалам дела, инспектор зарегистрировала ИП. Основной вид деятельности – розничная торговля продуктами и табаком, среди дополнительных – гостиничные услуги. Работодателя об этом она не уведомила. В 2022 году в справке о доходах он увидел почти 7 миллионов рублей, полученных от предпринимательства, и обратился в Западно-Байкальскую природоохранную прокуратуру. По представлению надзорного органа инспектора уволили по п. 7.1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за непринятие мер по урегулированию конфликта интересов.
На заседании экс-сотрудница заявила, что гостиницами не занималась, а магазин открыла ради субсидии и за пределами своего инспекторского участка. Она также указала на пропуск срока давности, поскольку работодатель знал о доходах с 2022 года, и на нарушение процедуры – на объяснение ей дали сутки, а в приказе не указали точную причину увольнения.
Суд отклонил все доводы. Инспектор является должностным лицом учреждения Минприроды России и была обязана письменно уведомить о личной заинтересованности. Декларирование доходов в справке конфликт интересов не снимает. Тот факт, что она не вела гостиничный бизнес, значения не имеет – торговая точка располагается в населенном пункте на территории Тункинского района, который полностью входит в границы национального парка. Свидетель подтвердил, что инспекторы работают с населением всего муниципального образования.
Сулужители Фемиды установили, что о конфликте интересов комиссии стало известно только из представления прокурора, поэтому срок для дисциплинарного взыскания не истек. Процедуру признали соблюденной: возможность дать объяснения предоставили, приказ вынесли в срок. Ошибку в уведомлении (указание п. 7 вместо п. 7.1 ст. 81 ТК РФ) признали технической. Представление прокуратуры сочли законным, так как оно не обязывало увольнять, а лишь требовало принять меры.
В итоге суд признал увольнение обоснованным и отказал в иске о восстановлении, взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда. Судебное решение не вступило в законную силу.